Артем взвыл:

   Он достал уже! Достал меня! Ур-род...

  Сам чмо! Он меня вообще чуть не убил! — Равиль опять обратился к физруку и к ребя­там. — Он та-а-к набросился на меня! И лицо исцарапал!

Все посмотрели на слегка расцарапанные щеки Равиля. Тот визгливо добавил:

   И ухо чуть не оторвал!

   Кто первый начал? — прервал физрук.

Он! — Равиль мгновенно ткнул пальцем на Артема.

Артем вдруг поднялся. Он резко подскочил к Равилю и ударил его кулаком в грудь. Тот даже ахнуть не успел. А потом прошипел:

   Козел!

Аллигатор подошел и отвел Артема за плечо. Артем уже не казался жалким. Он не плакал, а был разъярен. Поправляя разорванную футбол­ку, он бешено смотрел на Равиля.

  Вы оба получите замечания! — властно сказал физрук, глядя, в основном, на Равиля. — Дневники давайте! И вообще к директору вас. Нарушают тут технику безопасности!

А чо это я должен дневник давать? Он пер­вый начал! — воскликнул Равиль.

Юсуфов! — поднял голос Аллигатор. — Знаю я тебя. Давно по тебе детская комната милиции плачет. Разводишь мне тут постоянно какой-то беспредел.

Почти весь шестой «А» находился возле мужской раздевалки.

Чо, Артем и вправду первый начал? — спросил Витька Попов у стоящего рядом Шу­рика.

Да, реально! — оживился тот. — Я такой подхожу к раздевалке, вижу, они там валяются! И Артем колбасит его по лицу. Блин, вообще озверел! Тихоня, прикинь!..

Стоя за ребятами, Жанна заглядывала в раз­девалку. Она увидела, что Равиль примолк и медленно потянулся в рюкзак за дневником. Ар­тем тоже пошел доставать дневник. Он все еще не мог отдышаться после драки, но, казалось, ему все равно, что физрук поведет к директору. В Ар­темовых глазах было какое-то отчаяние.

Глава вторая

— ТАК, ЖАННА! Раздай рабочие тетради, — попросила Галина Юрьевна.

Историчка, в своей неизменной болотной жилетке или тужурке, как про себя Жанна на­зывала этот предмет одежды, редко вставала из-за учительского стола, а только сидела и ука­зывала. Стол находился возле окна, и весеннее солнце грело болотную спину Галины Юрьев­ны. Форточка была нараспашку, но ничего — на улице середина апреля. И очень тепло. А идет только четвертый урок.

Жанна ходила по рядам и раздавала большие тетради. Она украдкой посмотрела на Артема. Тот склонился над учебником. Вчера физрук действительно повел его и Равиля к директору Валентине Ивановне, откуда Артем вышел при­тихший, а Равиль наглый и возмущенный. Но сегодня Равиль делал вид, что Артема для него не существует — видимо, директриса сильно пригрозила ему, а грозить она хорошо умеет. Артем тоже старался не ощущать присутствие Равиля, но все равно был скован. Наверное, по­этому на переменах он не сидел в классе, а бол­тался где-то на первом этаже. По крайней мере, во время большой перемены Жанна видела его около раздевалки.

Когда Жанна положила тетрадь Артему на стол, оказалось, что тот просто смотрит в учеб­ник, думая о чем-то своем. Мышцы его бровей были напряжены, а щеки краснели.

«Может, его кто ударил, и у него поднялась температура? Или он опять плакал.».

Артем даже не заметил Жанну.

Юсуфов! Кажется, ты рабочую тетрадь не сдал, — Галина Юрьевна обратила взгляд на Ра­виля.

   Что?

Равиль в это время сидел вполоборота и что-то выяснял у сидящего позади Витьки.

Класс усмехнулся.

Так! Юсуфов. Приходим в себя! Уже де­сять минут от урока прошло. Сейчас к доске выйдешь домашнее задание пересказывать.

Да все в порядке уже. Извините, — нарочито вежливо сказал Равиль, положив руки на парту.

Все в порядке у него... Рабочую тетрадь кто не сдал на прошлом занятии? У нас прове­рочная была. Все сдали и получили оценки. А ты два получил.

А я ее домой нечаянно унес, — сообщил Равиль. — А сейчас забыл.

Класс опять весело отреагировал.

Забыл он. А вот я не забыла тебе двойку поставить.

Галина Юрьевна склонилась над рабочей те­традью по истории и листала ее.

  Так. Сейчас выполняем задание номер двадцать на странице тридцать шесть.

  Опять проверочная... — вздохнул кто-то на задних рядах.